A
A
A

МНЕНИЕ О СЕБЕ

«Едва ли найдется, а может быть, и вовсе не найдется, такой человек, который бы, хотя будет он и равноангельный по нравам, мог вынести честь».

Преп. Исаак Сирин. Сл. 1

«...Признающий за собой какое-либо доброе дело находится в состояния самообольщения. Это состояние самообольщения служит основанием бесовской прелести».

Свт. Игнатий (Брянчанинов). Т. 5 С. 59


Свт. Игнатий (Брянчанинов):

«Мнение не допускает быть мнимому» (Св. Симеон Нов. Б. Сл. 3 и 4). Мнящий о себе, что он бесстрастен, никогда не очистится от страстей; мнящий о себе, что он исполнен благодати, никогда не получит благодати; мнящий о себе, что он свят, никогда не достигнет святости. Просто сказать: приписывающий себе духовные делания, добродетели, достоинства, благодатные дары, льстящий себя и потешающий себя «мнением», заграждает этим «мнением» вход в себя и духовным деланиям, и христианским добродетелям, и Божественной благодати, открывает широко вход греховной заразе и демонам. Уже нет никакой способности к духовному преуспеянию в зараженных «мнением»… (1. 230. 2006).

…Самомне­ние делает наш умственный взгляд на нас самих ложным, отчего вся деятельность наша лишается правильности… (5. 308. 2003).

Тщеславие и самомнение любят учить и наставлять. Они не заботятся о достоинстве своего совета! Они не помышляют, что могут нанести ближнему неисцельную язву нелепым советом (5. 68. 2003).

Второго рода прелесть — собственно «мнение» — действует без сочинения обольстительных картин: она довольствуется сочинением поддельных благодатных ощущений и состояний, из которых рождается ложное, превратное понятие о всем вообще духовном подвиге (1. 232. 2006).

Общий признак состояний духовных — глубокое смирение и смиренномудрие, соединенное с предпочтением себе всех ближних, с расположением евангельскою любовию ко всем ближним, с стремлением к неизвестности, к удалению от мира. «Мнению» тут мало места: потому что смирение состоит в отречении от всех собственных достоинств… (1. 234. 2006).

Обольстительное наслаждение питается самомнением, которое рождается от тонко действующего тщеславия, ослепляющего ум и сердце; оно любит высказать себя, оно позволяет себе отклоняться от точного повиновения святой Церкви, — умнее ее, оно, как и все прелести, козни диавола, как сам диавол и его чадо — грех, не терпит благоухания для них смертоносного, убийственного благоухания, которое издают из себя покаяние и его плод — смирение (Письмо 186).

…Подвиг без смирения не только не приносит никакого плода, — напротив того, приносит вред, вводя в высокое о себе мнение и в осуждение ближних (Письмо 421).

Человеки в упоении самомнением, самонадеянностью, невежеством стре­мятся безразборчиво, опрометчиво, смело ко всему чудесному, не отказываются сами быть участниками в совершении чудес, решаются на это, нисколько не задумываясь. Такое направление опасно более, нежели когда-либо. Мы приближаемся постепенно к тому времени, в которое должно открыться обширное позорище многочисленных и поразительных ложных чудес, увлечь в погибель тех несчастных питомцев плотского мудрования, которые будут обольщены и обмануты этими чудесами (4. 314. 2002). 

…Так и на­ружное благоговейное поведение, без благочестивого направле­ния и упражнения души, сперва оказывается чуждым духовного плода, потом заражается тщеславием, самомнением, лицемерст­вом, человекоугодием и другими пагубнейшими, трудно заме­чаемыми и постигаемыми душевными страстями (5. 29. 2006).

Гордость и самомнение, исходатайствовав падение и поги­бель человечеству, не видят и не сознают падения в природе че­ловеческой: они видят в ней одни достоинства, одни совершенст­ва и изящества; самые недуги душевные, самые страсти почита­ют доблестями. Такой взгляд на человечество делает мысль об Искупителе совершенно излишнею и чуждою. Видение гордых есть ужасная слепота; а невидение смиренных есть способность к видению Истины. К сему-то и относятся слова Господа: На суд Аз в мир сей придох, да невидящии видят, а видящии слепи будут (4. 167. 2002).


Иг. Никон:

...Святые каялись до смерти, так как видели себя недостойными близости к Богу и, следовательно, недостойными Царствия Божия. А чем грешнее человек, тем он меньше видит в себе грехов и тем больше и злостнее осуждает других (С. 104).

Победить всякое мнение о себе, свое тщеславие, свою гордыню — равносильно победить весь грех (С. 182).

...Гордость есть основное качество дьявола. За гордость он из высшего ангела стал сатаной. И люди вместо подобия Богу приобретают подобие диавола через гордость. Вот почему и сказано, что Бог гордым противится. Сам Господь велит научиться не от кого-либо, а от Него Самого смирению и кротости. И Матерь Божия засвидетельствовала, что она получила величайшую благодать быть избранной из всех родов за смирение (С. 216–217).

Тщеславие уничтожает все доброе в человеке, гноит душу, делает непотребной для Бога и, следовательно, негодной для Царствия Божия (С. 229).

Тщеславие, как рак в теле, может отравить всю душу, и погубить ее. Даже добрые дела оно отравляет и делает мерзкими пред Богом, как это случилось с фарисеями (С. 232).

Каждому человеку так свойственно тщеславие, что оно буквально всего человека пронизывает, от внешнего до самых сокровенных глубин. А в то же время оно и самое ядовитое свойство, и с ним нельзя сделать в духовной жизни никакого движения вперед. Необходимо умалить, а затем уничтожить его; во всяком случае, нужно непрестанно следить за собой и всякое проявление тщеславия подавлять сокрушением сердечным (вздохнуть ко Господу от всего сердца: «Господи, вот опять змий поднял голову»), с гневом отогнать его и воззвать ко Господу: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного. Не хочу, не принимаю, освободи меня от него, даруй ми зрети моя прегрешения» (С. 247).

В самооправдании гибель. Это голос бесов (С. 350).

С гордостью человек не может спастись. При наличии гордости он и в раю опять может отпасть от Бога уже окончательным падением, подобно демонам. Поэтому в течение всей земной жизни Господь дает человеку познать, что без Бога он ничто, он раб своих страстишек и раб дьявола. Вот почему до смерти Господь не позволяет вырвать плевелы, чтобы не повредить пшеницы. Это значит, что человек без недостатков, с одними положительными качествами, обязательно возгордился бы. Если теперь с малыми добродетелями мы находим возможность гордиться, то что же было бы, если бы для нас еще здесь открылась вся слава обоженой души? Даже апостол Павел нуждался в отрицательной помощи ангела сатанина, пакости деющего, дабы не превознестись. О нас же и говорить нечего (С. 386–387).

Всегда будь равнодушен к похвалам. Если примешь похвалу, то и будешь незаметно стараться и впредь угождать людям, и можно незаметно стать фарисеем. Артисты все живут похвалой. То же бывает и со многими из духовенства. А кончается это враждой и ненавистью. Учит этому Евангелие (С. 417–418).

Мы — глупые дети, воображающие себя взрослыми, подражающие их делам. Смотреть на них взрослому смешно, иногда неприятно. Так и мы в очах ангелов и святых, а может быть, и в очах Божиих (С. 423).

За что избрана и возвеличена Божия Матерь? От Кого велит Иисус Христос научиться смирению? Где человек найдет покой и мир? — В смирении... Смирение и бесов, и людей, и зверей побеждает, а гордость всех восстанавливает против себя (С. 430–431).

Берегись ...тщеславия, как самой ядовитой змеи, которая может убить и уничтожить все духовное, что ты приобрел (С. 443).

...В глубине души кроется высокое мнение о себе, ценение себя. Это косвенно узнается по тому, что человек не терпит никаких обличений или терпит с великим трудом (С. 465).

...Никакой человек ни при каких подвигах не спасется, если не будет бороться с гордыней и с высокоумием. Дьявол горд, и люди гордые после смерти пойдут к нему (С. 504).

Мы неправильно относимся к самому себе, не сознаем своих «художеств», которых достаточно у всех. Без полного обнажения себя до конца пред Богом мы никогда не сможем избавиться от них. Это аксиома внутренней жизни. Это обнажение и плач пред Богом — вот делание для каждого до самой смерти (С. 44).

Люди воображают, что они очень хороши, и какое-либо отрицательное качество или поступок сделанный стараются скрыть от глаз людей, которых они ценят. Но я считаю, что мы все дурны. Одни несколько получше, другие похуже, но эти различия слишком ничтожны перед тем, чем мы должны быть (С. 53).

Сознание своего «Я» есть самое глубокое в душе человека, а, может быть, есть самосознание душой себя. Поэтому все, что непосредственно связано с «Я» (а к этому принадлежит, прежде всего, тщеславие и гордость, и остальное), труднее всего и познать, и обнаружить, трудно все, что умаляет «Я» пред людьми и даже пред самим собой и пред Богом. Вот почему есть опасность даже на молитве не быть откровенным пред Богом и многое скрывать «в кустах», как сделал Адам после грехопадения, т.е. загонять на задворки сознания, завалить хламом всякого самооправдания. Это очень опасно. А главное, совершенно не достигает цели, ибо Господь все равно знает все, даже раньше, чем мы сделаем что-либо неладное (С. 245).


Схииг. Иоанн:

Господь хранит не за наши труды, а за смирение. «Где случилось падение — там предварила гордость», — говорит Лествичник (Письмо 7).

Курево, конечно, нехорошо, но я более строг к душевным страстям: зависть, злопамятство, высокомерие, лукавство, лицемерие, человекоугодие и сребролюбие, — а телесные страсти иногда нас очень смиряют. Горше всего гордыня, ибо дьявол омрачил свою светлость именно гордостью; гордость — изобретение бесовское (Письмо 17).

По духовному ведению и наказания разные: кто стремится к добродетели и падет, такому надо делать снисхождение, ибо он не стремился ко греху, искусился нечаянно. А кто не стремился к добродетели, такому требуется строгое наказание, чтобы вразумился и стремился к добродетели. Так и твоя единичная немощь заслуживает снисхождения: просто пустяк; скорей же, смущает тебя гордынька: «Как я это допустила?» (Письмо 30).

Ты себя называешь худой и никуда не годной; наверно, такая и есть, но последи за собой: когда кто повторит твои слова, что тогда почувствуешь? (Письмо 44).

Знай, что поношения и посрамления, хоть и неприятно переносить их, но очень полезно и спасительно для нас; если будешь внимать себе построже — узнаешь опытом. Надо бояться похвалы, ибо она воспитывает тщеславие и самомнение; горе, если похвала будет выше дела (Письмо 64).

Вообще очень нам вожделенна своя волюшка. А вдруг надо оставить свою волю и исполнить волю другого. Очень трудно уступить другому, это могут только великие души, а слабенькие крепко настаивают на своем.

Гордости свойственно настаивать на своем в разговоре, чтобы его всегда был верх; другому подчиниться не может, упорно отстаивает свои мнения.

...Свойство гордости — видеть в себе только хорошее, в других — только худое; а свойство смирения — видеть свои грехи, а в других — добрые качества (Письмо 79).

…Еще свойство гордости: она строгий судья немощи других.

У египетских старцев, если какая добродетель обнаружится, то ее не считали добродетелью, а грехом. Вот как святые боялись тщеславия! (Письмо 80).

…Всегда так бывает, что кто сделает с тщеславием — жди бесславия (Письмо 106).

Да, гордость слепая, сама себя не видит. Гордость — изобретение дьявольское. Вот исчадие ее: гнев, клевета, раздражительность, лицемерие, ненависть, прекословие, непокорность; она крепко настаивает на своем мнении, трудно подчиняется другим, замечаний не терпит, а сама любит делать замечания другим, слова выбрасывает неосмысленно; она не имеет терпения, чужда любви, дерзка даже до нанесения оскорблений; стремление к власти; гордые очень страдают хульными помыслами. Написал кратко на основании святоотеческого учения (Письмо 110).

Тщеславие — очень тонкая страсть, ибо примешивается к каждой добродетели, и святых не щадит, прилипает и к ним. Но они боятся этой нахальной страсти; это для них все равно, что брызнуть дегтем на белую одежду.

Эту безумную страсть можно заметить только при очень внимательной жизни. Если человек будет стоять на страже своего сердца молитвенно, тогда только увидит, как тщеславные помыслы приступают к сердцу. О безумное тщеславие, как ты любишь показность своих трудов. Иногда ты и труды большие несешь, чтобы люди видели и величали тебя. Дела тщеславного человека суетны: пост, поклоны и прочие телесные труды, — ибо он все это делает ради славы своей. Господь ведь повелевает все делать втайне и громит фарисеев за их тщеславное поведение (С. 258. 2010).

…Самомнение и тщеславие — они-то не дают тебе видеть себя, какая ты есть в сущности (С. 190. 2010).

 Пишешь, что иногда лезут в голову свои добродетели и смущаешься, почему так думаешь. Это называется прилогами, и они безгрешны. А если примешь и будешь услаждаться ими, то это грех (С. 131. 2010).

Один старец сказал пришедшему к нему старцу: «Уходи прочь, ты удалил от меня Бога; уже год, как ты был у меня и похвалил мои корзиночки, которые я делал». Вот насколько тонка духовная жизнь, как на весах: чуть переложишь в чашечку, и потянет в другую сторону (С. 179. 2010).



35160 3023
Поделиться:
  • Скачать книгу в форматах: DOC PDF EPUB


Ïîäåëèòüñÿ ñòðàíèöåé
<a href="/books-and-publications/knigi/nositeli-dukha/?text=#">Носители духа</a>
|