A
A
A

Письма к Лидии Васильевне [27]


19/XII—46 г.

Дорогая Лидия Васильевна!

Получил от Вас письмо и был очень тронут словами Вашими: “Писать буду, ждать ответа не буду, а если получу когда, то буду чувствовать себя по-праздничному”. Правда я никак не могу принять на себя, что мои письма могут сделать кому-либо праздничное настроение, но сло­ва эти невольно принуждают хоть несколько слов написать Вам. Очень тронут и благодарен Вам за доверие. Но Вы ошибаетесь, что я всегда занят так, как Вы наблюдали. Это было потому, что были соответствующие дни. В другое время, я гораздо меньше занят и, увы!  — в лености иждиваю дни свои. Скажу Вам, что меня ждет в будущем большое осуждение за то, что я кажусь людям лучше, чем есть на самом деле. Очевидно, есть какое-то лукав­ст­во или лицемерие во мне, может быть, несознательное (ду­маю, что сознательного нет), из-за чего многие считают меня лучше, чем я есть. Этого боялся даже ап. Павел. Простите!

На пути духовном есть момент, который описан крат­ко, но точно Григорием Синаитом во втором томе еп. Игнатия Брянчанинова, на стр. 373. Прочите это место и все объясняющее его выше и ниже. Я думаю, что человек, сам не переживший этого состояния, никогда не поймет самого главного в духовной жизни, никогда не приобретет сердечного сокрушения, плача, истинной молитвы. Поэтому, в какие одежды ни рядись, все будет только внешнее, а внутреннего изменения не будет, все будет только во внешнем человеке.

Этот момент очень заметен. Нужно, чтобы не только свои страсти, но и люди оскорбляли бы, и человек увидел бы, что его оскорбляют действительно за дело, что он никуда не годен и не может сам собою исправить себя; тогда-то и прибегнет искренне к Своему Спасителю, заплачет пред Ним, как блудница или блудный сын, и будет лежать в ногах Его, пока не услышит в сердце голоса: “Прощаются тебе грехи твои многие”, иди, борись, терпи, изучай путь духовный, научись непрестанной молитве, плачь в сердце своем о том, чтобы не впасть в руки разбойников, и прочее. С этого момента человек мало будет обращать внимания на людские мнения, даже самых близких людей, мнением которых раньше очень дорожил. Он будет стараться лишь о том, чтобы Господь не осудил Его, не лишил его Своей милости, помощи, чтобы Ему единому угодить.

Простите, если найдете нужным, то я просил бы Вас прочесть это место в книге сообща, обсудить и принять к сведению. Еще скажу: нужно быть абсолютно искренним пред Господом, никогда не умалять, не оправдывать своих грехов, не искать им оправданий, наоборот, винить себя и говорить: “Вот такого-то дурного, никуда негодного пожалей, Господи, и спаси”.

------------------

I/II—48 г.

Хочу Вам написать относительно Вашей фразы “Л. отложила часть своих уроков, стало легче; занятия по счету плохо двигаются”[28]. Помню, что я писал Вам что-то об этом же предмете. Буду писать Вам не свое мнение. Если все заповеди заключаются в двух: в люб­ви к Богу и к ближним, а любовь достигается деланием данных в Евангелии заповедей, то и нужно добиться знания того, что ведет кратчайшим и легчайшим путем к исполнению этих заповедей. Для мирского человека можно ограничиться телесным деланием, для более ищущих необходимо, кроме этого, внутреннее делание.

Сам Господь в двух словах указал, в чем оно состоит и что особенно необходимо в трудные времена: бодрствуйте и молитесь (см. Мар­к 13; 33). Не сказано в такие-то часы, а всегда. Бодрствовать значит следить за собой, за своими мыслями, словами, чувствами; следить и все противоречащее Евангелию отгонять молитвой Иисусовой, чем исполняется второе слово.  Если  будет  это  делание, то оно заменит все, хотя не исключаются для облегчения и другие делания. Непрестанное понуждение себя к молитве Иисусовой — лучшее доказательство, что человек хочет быть с Господом, хочет исполнить Его заповедь.

Даже во время богослужения мытарь произносил толь­ко пять слов — и пошел оправданным. Святые Отцы говорят, что все молитвы можно заменить одной Иисусовой.

Правильное делание этой молитвы будет тогда, когда она сочетается неразрывно с покаянием, будет выражением сердечного сокрушения о своем недостоинстве, греховности, сознания постоянного нарушения заповедей Евангелия. Таким выражением сердечного сокрушения  бы­ла и молитва мытаря. Имейте это в виду. Не повторение молитвы Иисусовой голосом дает результат, а молитва как излияние сокрушенного сердца, тогда она скоро вызовет умиление, согревание сердца, а от этого легкость делания молитвы и прочее. Посильное делание заповедей евангельских  вне и внутри себя,  бодрствование и сокрушенная молитва Иисусова — вот оружие непобедимое, доступное, я скажу, единственно доступное, для нашего времени. Это делание держит человека всегда в духовном напряжении, не связывает ни с книгами, ни с жилищными условиями, ни со здоровьем даже. Всюду, всегда (разве только когда углубится в какое занятие, требующее сильного внимания) оно доступно.

Желаю Вам понять это и приучиться. Установите се­бе небольшое, доступное по обстоятельствам Вашим и си­лам, правило, а остальное время, днем и ночью, всегда, по возможности, исполняйте правило Господа Иисуса Христа:  бодрствуйте и молитесь,  ибо этим деланием сподобитесь избежать всех грядущих бедствий, материальных и душевных.

--------------------


23/VI—58 г.

Спасибо Вам за письма, что не забываете нас и не обижаетесь за молчание.

Очень я огорчен, что Надя заболела, будем надеяться, что все обойдется благополучно. Жаль Надежду Михайловну. Ведь вся ее жизнь в дочери. Едва ли она верит в будущую жизнь. Да утешит ее Господь и вразумит на благое. Для неверующих или сомневающихся кажется самым главным только уверовать или убедиться, что Бог есть. Они еще не знают того, что можно веровать, быть убежденным в бы­тии Божием, а жить в противлении Богу, как бесы, которые веруют в Бога, трепещут пред Ним, а не покоряются, не смиряются, а со злобной ненавистью делают все противное воле Божией. Бедные, слепые люди. Они не видят, не знают, не чувствуют духовного мира, продают за чечевичную похлебку мирской жизни свое первородство, высочайшую честь и достоинство быть чадами Божиими.

Я всегда и поныне убежден, что ищущему Бога и желающему жить по воле Его (т.е. по совести, заповедям) — обязательно будет дано уверовать или даже больше: опытно убедиться в бытии Божием и духовного мира. Так говорит и Иисус Христос: Ищите царствия Божия, и все (необходимое для материальной жизни) приложится вам. Много примеров, да и моя личная жизнь — доказатель­ст­во этому. К сожалению, нельзя убедить другого без его  собственного желания и труда. Жаль С., почти вся их семья равнодушна к религии и даже к философии.

Передайте мое искреннее сочувствие Надежде Михайловне в ее скорби. Я их всегда помню. Мне очень хотелось видеть свою крестницу, а осенью ее не будет дома, если она поправится. Господь да благословит всех вас.

---------------------

25/V—59 г.

Спасибо за письмо и поздравление. О матери Валентине я писал Вам (и помню это отлично), что она умерла в Прощеное воскресенье 1957 г. Остались во всем доме Мариша и Катя. Обе болеют и тянут лямку труда, болезней и страстей.

Надежда Захаровна воспиталась в духе внешнего подвижничества, а внутреннее у нее на втором плане, если не ошибаюсь. Она не умеет, должно быть, применить вовремя слова: суббота для человека, а не человек для субботы. Душевный под­виг неизмеримо выше телесного. Но для душевного подвига нужны силы телесные, иначе все будет делаться вяло, даже молитва. Лучше всей крепостью молиться или бороться с помыслами и есть мясо, чем вяло влачить свое существование и мнить себя подвижником. Все телесные подвиги должны содействовать внутреннему подвигу. Если мешают, то они от лукавого. Это так ясно!

----------------------

21/II—60

Относительно “диеты”: отказаться от общего стола труд­но. Это бремя, я полагаю, не следует на нее возлагать. Но твердо требовать, чтобы дома соблюдала «диету», а главное и вне дома, и у себя: 1) не пресыщаться, 2) не давать воли глазам, ушам, языку, 3) никого не осуждать, 4) читать только духовную литературу, 5) иметь мир со всеми. Это будет настоящей диетой для нервов и проч.

Надежда Захаровна не относится к тем, кто понимает, ценит и творит душевное делание. Она, как кажется, коснит в телесном делании. Отсюда и все ее странности. Если она очень бу­дет звать, то попробуйте сходить к ней, ради Бога. Тогда увидите, стоит ли еще ходить. От угощения отказывайтесь, насколько возможно.

-------------------

20/IX—60

Благодарю Вас за письма, в которых рассказывали о болезни и смерти Н. Т. Тяжелая предсмертная болезнь не есть ли явление милости Божией к усопшему? За дни страдания, а может быть, и видений, он мог раскаяться пред Богом в своих ошибках мысленных и других грехах. Для покаяния ведь много времени не надо, как видим на примере разбойника, мытаря, блудницы и пр. Нужно только осознать свою греховность и гибель, признать, что спасает только один Господь и спасает не за дела (от дел закона не оправдится никакая плоть), а за сознание своей худости, своей негодности, за просьбу о спасении и за веру.

Разумеется, нужна вера. Без веры не может быть и покаяния. Дела же от нас требуются как послушание воле Божией и как средство для укрощения страстей и грехов, безобразящих человека и препятствующих действию благодати Божией, а также для приобретения смирения, нищеты духа. Делами, т.е. исполнением заповедей, укрепляется вера, оживает новый человек, привлекается милость Божия. Однако, смирение, сознание своей негодности, греховности, испорченности, сознание, что нет в нас ничего хорошего (нищета духа), возложение надежды на спасение не на свои добрые дела, а на Спасителя — заменяют недостаточность исполнения заповедей.

За смирение и мольбу о спасении Господь дает спасение, прощая неоплатный долг человека. А кому больше прощается, тот больше будет благодарить и любить Господа. А ведь это и есть наибольшая заповедь. Смиренный, сознающий себя во всем грешным не станет осуждать дру­гих, не будет жесток к ближним, ибо сам боится осуждения, сам нуждается в милосердии ближних и в мило­сер­дии Божием. А этим исполняется вторая из наибольших заповедей — любви к ближним. Фарисеи не могут так любить Господа, как мытари и грешники. О последних-то Господь и сказал, что они предваряют в Царствии Божием фарисеев.

Будем жалеть каждого человека. Пожелаем всем спасения, “сами себя и друг друга Христу Богу предадим”.

Простите за написанное. Если что покажется не так, то не спешите осуждать, а допытывайтесь, так ли это?

Очень стали нажимать на нас. Ставят всякие ограничения. Возможно, что придется переселиться в другие края.

Привет С. и, особенно, Наде. Никак не могу вырваться. Да теперь и трудно стало. Надо получить разрешение от высших, чтобы поехать куда-либо за чем-либо.

-------------------

26/II—62

Вы совсем забыли меня и ничего не пишете, что у Вас там делается. Между тем, до меня дошли слухи, что око­ло церкви образовались две партии, которые под благовидным предлогом борьбы за правду ненавидят друг дру­га лютой ненавистью. Явно, что это от земной мудрости, “бесовской”, как говорит ап. Иаков.

Не злословьте друг друга, братие; кто злословит бра­та или судит брата своего, тот злословит закон и судит за­кон: а если ты судишь закон, то ты не исполнитель закона, но судия. Есть Законодатель и Судия, могущий спасти и погубить, а ты кто, который судишь другого? (Иак. 4,11-12).

Я не судия ни Вам, ни противникам Вашим, но опыт мой житейский (а, прежде всего, Слово Божие) говорит, что страшно жить, а тем более умереть во вражде. Ника­кая правда земная не может оправдать вражду. Говорю “земная”, потому что небесная правда дает мир и внутренний, и внешний. Если умрет тот, кого Вы считаете своим недругом, Вы будете страдать, т.к. рано или поздно Вы почувствуете свою вину. Обычно это делается во время молитвы. Если Вы умрете во вражде (да не будет этого), то знайте, что все Ваши добрые дела и вся надежда на спасение погибнут. Вы пойдете в руки сеющих вражду. Царствие Божие есть царство любви и мира. Не может в него войти вражда.

Если умрет тот, с кем Вы во вражде, то как Вы сможете примириться после его смерти? Придется Вам много, мно­го поплакать, потрудиться в молитвах, в добрых де­лах, много каяться со слезами. Зачем ставить себя в такое положение? Из-за чего или кого?

Дорогая Л. В., с жалостью и любовью говорю Вам: при­ми­те на себя всю вину в Вашей размолвке с противниками Вашими. На молитве пред лицом Божиим просмотрите всю себя, покайтесь пред Богом, попросите, чтобы Господь открыл Вам Вашу вину, простил Вас, смягчил ваше сердце и дал силу и искренность попросить прощения у врагов Ваших мнимых. Это диавол показывает грехи других великими, а свои — ничтожными. Сочтите все наоборот и примиритесь. Да поможет Вам Господь! Утешьте меня. Напишите, что Вы сделаете по моему совету.

Вы, конечно, догадываетесь, с кем Вам прежде всего на­до примириться. Она близка к смерти. Искренне попросите у нее прощения, сами простите и, если можете, то докажите искренность примирения заботой о ней. Поухаживайте за больной. Да будет с Вами милость Божия, да избавит Вас Господь от рук льстивого врага, да подаст Вам мир, превосходящий всякое разумение, мир, о котором плотской человек не имеет никакого понятия. Не да­ром в церкви при богослужении многократно преподается мир всем. Без мира с людьми (по крайнем мере) не может быть и христианства, а только самообман. Да поможет Вам Господь и да вразумит на доброе дело.

Меня же простите, дерзнувшего написать Вам это из любви к Вам.

---------------------


Х—62

Благодарю Вас за письмо. Простите, что долго не отвечал. Что-то нездоровится. Слабость сильная и прочие недомогания.

О Надежде Захаровне я скажу, что всем Вам надо пожалеть ее и молиться о ней. Что Вы от нее хотите? Она человек законченный. Духовной жизни она не знает. Нет у нее опыта в этом. Она даже не поймет о чем речь идет, если ей прочесть эти строки. Была она на краю отчаяния. Надо было ее поддержать. И теперь она в этом очень нуждается. Кто может и хочет приобрести себе большую поль­зу — пусть, по силе своей, поможет дойти ей до смерти по-христиански. Не ищите от нее ничего и не навязывайте ничего.

Я пришел к убеждению, что опытно внутреннего христианства теперь почти никто не знает. Не знают себя, а потому не знают и не могут оценить дела Христова. Всем хочется быть хорошими в своих глазах и в глазах ближних, а при таком состоянии человек остается слепым, как бы ни считал себя зрячим.

Будьте здоровы. Да хранит Вас Господь! Простите меня.

----------------------

Получили Ваше письмо. Так я рад, что Надюша поправилась и уже находится дома. Я ей посылаю письмо. Очень хочу видеть ее, Надежду Михайловну и всех вас. Надеюсь вскоре приехать к Вам. Сейчас занят с рабочими.

Житейский опыт учит, что без воли Божией ничего не делается (Слову Божию мы мало придаем значения). Все делается для нашего спасения, хотя мы не всегда это видим. Вся моя жизнь подтверждает мне это. Думаю, что и относительно других это также верно, но не у всех открыты глаза на происходящее.

Господь да благословит Вас.



28273 3363
Поделиться:
  • Скачать книгу в форматах: DOC PDF EPUB
  • Скачать книгу (на французском языке) в форматах: DOC PDF EPUB
  • Избранное. Скачать книгу в форматах:: DOC PDF
  • Письма игумена Никона Воробьёва (Аудиокнига): ZIP


Ïîäåëèòüñÿ ñòðàíèöåé
<a href="/books-and-publications/knigi/pisma-dukhovnym-detyam/?text=#">Письма духовным детям</a>