A
A
A

Молитва внешняя и внутренняя

Молитва

С темой монашества особенно связанно у Святителя учение о молитве.

Говоря, что «молитва есть высшее упражнение для ума. Молитва есть глава, источник, мать всех добродетелей»[1], – он раскрывает те условия, при соблюдении которых только она является таковой. При нарушении же их, предупреждал он, она оказывается, по меньшей мере, бесплодной, а может привести и к печальным последствиям: самомнению, мечтательности, ложным состояниям, видениям и т. п.

Некоторые из этих условий правильной молитвы хорошо известны: прощение ближних, отсутствие вражды к кому-либо. Как говорил святой Исаак Сирин: «Молитва злопамятного – сеяние на камне»[2].

Но другие, более глубокие, находятся часто вне поля зрения большинства верующих. Поэтому особенно необходимо услышать о них голос такого опытного Учителя.

За два года до своей кончины 29/1-1865 года он писал: «В настоящее время – существенная нужда в правильной молитве, а ее-то и не знают! Не знают, что она должна быть орудием и выражением покаяния, (а) ищут наслаждения и восторгов, льстят себе, и орудием, данным во спасение, убивают свои души. Существенно нужно правильное понимание молитвы в наше время! Она – существенный, единственный руководитель в наше время ко спасению. Наставников нет!»[3]. Поэтому «научись молиться Богу правильно. Научившись молиться правильно, молись постоянно – и удобно наследуешь спасение»[4].

Святитель Игнатий указывает на ступени молитвы. Самая простая, начальная – устная, или гласная молитва, которая произносится вслух или шепотом. Но «устное и гласное моление тогда плодоносно, когда оно сопряжено со вниманием, что встречается очень редко: потому что вниманию научаемся преимущественно при упражнении молитвой Иисусовой»[5].

Помимо устной молитвы он говорит еще о трех ее ступенях. «От молитвы гласной многой, – говорит священноинок (Дорофей, автор “Цветника”. – А.О.), – истекает молитва умная, а от умной молитвы является молитва сердечная. Произносить молитву Иисусову должно не громким голосом, но тихо вслух себе одному»[6]. «Молитва называется умной, когда произносится умом с глубоким вниманием при сочувствии сердца; сердечной, когда произносится соединенными умом и сердцем, причем ум как бы нисходит в сердце и из глубины сердца воссылает молитву; душевной, когда совершается от всей души, с участием самого тела, когда совершается из всего существа»[7].

Святитель указывает и на другие важные стороны молитвы.

Молитва внешняя и внутренняя

«Не только в процессе дыхания, но и во всех движениях тела должно наблюдать спокойствие, тихость и скромность. Все это очень спо­собствует к удержанию ума от рассеянности»[8].

«Кто молится устами, – передает святитель Игнатий слова очень почитаемого им русского подвижника священноинока Дорофея, – а о душе небрежет и сердца не хранит, такой человек молится воздуху, а не Богу, и всуе трудится, потому что Бог внимает уму и усердию, а не многоречию»[9].

«Блаженный старец Серафим (Саровский – А.О.) …присовокупил: "Одна внешняя молитва недостаточна. Бог внимает уму, а потому те монахи, которые не соединяют внешней молитвы со внутренней, не суть монахи[10].

«Количество молитвы определяется для каждого образом жизни его и количеством сил душевных и телесных»[11].

«Всякая молитва, – сказал великий Отец, – при которой не утрудится тело, а сердце не придет в сокрушение, признается недозревшим плодом, потому что такая молитва – без души»[12]. И еще: «В насыщенном чреве нет разума [понимания] таин Божиих»[13]. Очень интересные замечания св. Исаака Сирина. В нашей церкви еще сохраняется этот закон духовной жизни, практически все стоят и за длительным богослужением, посты остаются в силе. На Западе же присутствующего в храме давно освободили от утруждения тела, посты не только отменили, но даже евхаристический пост довели до карикатуры (один час), и многое другое сделали, чтобы заповеди Христовы не мешали жить ветхому человеку (Рим. 6: 6).

Смирение в молитве

В одном из писем святитель Игнатий говорит о главном условии, при котором молитва принимается Богом. «Сегодня я прочитал то изречение Великого Сисоя, которое мне всегда особенно нравилось, всегда было мне особенно по сердцу. Некоторый инок сказал ему: "Я нахожусь в непрестанном памятовании Бога". Преподобный Сисой отвечал ему: "Это не велико; велико будет то, когда ты сочтешь себя хуже всей твари". Высокое занятие – непрестанное памятование Бога! Но это высота очень опасная, когда лествица к ней не основана на прочном камне смирения»[14].

«Для правильности молитвы надобно, чтобы она приносилась из сердца, наполненного нищеты духа, из сердца сокрушенного и смиренного»[15].

Внимание в молитве

«Душа молитвы – внимание. Как тело без души мертво, так и молитва без внимания – мертва. Без внимания произносимая молитва обращается в пустословие, и молящийся так сопричисляется к приемлющим имя Божие всуе (Притч. 30: 9)»[16].

«Должно… совершать молитву со вниманием и благоговением, с целью покаяния, заботясь единственно о том, чтобы эти три качества постоянно соприсутствовали молитве»[17].

«Достоинство молитвы состоит единственно в качестве, а не в количестве… Качество истинной молитвы состоит в том, когда ум во время молитвы находится во внимании, а сердце сочувствует уму»[18].

«Особенно способствует сохранению внимания во время молитвы весьма неспешное произнесение слов молитвы»[19].

«…внимательная устная молитва сама собой переходит в умную и сердечную»[20].

«Без внимания молитва – не молитва. Она мертва! Она – бесполезное, душевредное, оскорбительное для Бога пустословие»[21]!

Не ищи в молитве наслаждений

«Не ищи в молитве наслаждений: они отнюдь не свойственны грешнику. Желание грешника ощутить наслаждение есть уже самообольщение. Ищи, чтобы ожило твое мертвое, окаменевшее сердце, чтобы оно раскрылось для ощущения греховности своей, своего падения, своего ничтожества, чтобы оно увидело их, созналось в них с самоотвержением. Тогда явится в тебе истинный плод молитвы: истинное покаяние»[22].

«Приноси Богу молитвы тихие и смиренные, а не пылкие и пламенные… Огонь нечистый – слепое, вещественное разгорячение крови – воспрещено приносить пред всесвятого Бога»[23].

В правильной молитве - истинное наслаждение

Как часто упрекают христианство в том, что оно, призывая человека к познанию поврежденности человеческой природы и своей греховности, к покаянию, к плачу о грехах, борьбе со страстями, – будто делает тем самым жизнь верующего унылой и несчастной. Но такие упреки проистекают:

во-первых, из полного непонимания того, что причиной всех скорбей, внутренних и внешних, являются именно наши страсти: эгоизм, зависть, гордость, алчность, упрямство, пьянство и прочие, которые отравляют личную, семейную и общественную жизнь человека, приносят неисчислимые беды. Поэтому без борьбы с ними, без покаяния и молитвы ничего доброго ожидать в жизни невозможно;

во-вторых, исцеление как от болезней тела, так и болезней души (страстей) естественно приносит человеку истинную радость. И это переживало множество верующих людей, о чем свидетельствует история Церкви. О достигших же бесстрастия прекрасно сказал апостол Павел: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2: 9).

Святитель Игнатий, затрагивая разные стороны духовной жизни человека, пишет об этом: «Радость и веселие свойственны душе, ощутившей оживление, ощутившей избавление из плена, в котором держали ее грех и падшие духи, ощутившей осенение Божественной благодати, ощутившей, что действием этой благодати она представлена лицу Божию, возведена в непорочное и блаженное служение Богу. Ра­дость и веселие так сильны, что Святой Дух приглашает ощутившего их к воскликновению. Как не воскликнуть от радости освободившемуся, ожившему, окрылившемуся, вознесшемуся с земли на небо?»[24].

Эту радость испытывает человек:

- в покаянии. «В слезах таинственно живет утешение, и в плаче – радость»[25]. «Утешение, радость, наслаждение, подаяние даров суть последствия примирения»[26] души с Богом;

- в скорбях. «Апостол заповедует при молитве благодарение… Таким благодарением вводится в душу чудное спокойствие, вводится радость, несмотря на то, что отовсюду окружают скорби»[27];

- в любви евангельской. «Георгий, затворник Задонского монастыря, муж, достигший христианского совершен­ства, так говорит: "Хочу сказать несколько слов о сущности любви. Это – самый тончайший огонь, превосходящий всякий ум и легчайший всякого ума. Действия этого огня быстры и чу́дны, они священны и изливаются на душу от Святого, Вездесущего Духа. Этот огонь лишь коснется сердца, всякое помышление и чувство беспокойные мгновенно перелагаются в тишину, в смирение, в радость, в сладость, превосходящую все"»[28];

- в молитве. «Плоды истинной молитвы: святой мир души, соединен­ный с тихой, молчаливой радостью, чуждой мечтательности, самомнения и разгоряченных порывов, и движений, любовь к ближ­ним, не разлучающая для любви добрых от злых, достойных от недостойных, но ходатайствующая обо всех перед Богом»[29]. Так, святитель Игнатий рассказывает об одном из моментов своей настоятельской жизни в Троице-Сергиевой пустыне: «Здесь я увидел врагов, дышащих непримиримою злобою и жаждою погибели моей; здесь милосердый Господь сподобил меня познать не­выразимые словом радость и мир души; здесь сподобил Он меня вкусить духовную любовь и сладость в то время, как я встречал врага моего, искавшего головы моей, – и соделалось лице этого врага в глазах моих, как бы лицом светлого Ангела»[30];

– достигший святости. Святые переживают радость не только душевную, но, оказывается, и «несказанное наслаждение тела радостью духовною»[31].

«Говорит преподобный авва Исаия Отшельник в поучении: … Бог наш есть огнь поядаяй (Евр. 12. 29). Огнем растопляется воск и иссушается тина скверных нечистот: так и тайным поучением иссушаются скверные помыслы, и истребляются из души страсти, просвещается ум, уясняется и утончается мысль, изливается радость в сердце»[32].

«Божии святые чудодействовали, воскрешали мертвых, пред­возвещали будущее, упоены были духовною сладостью, и вместе, смирялись, трепетали, видя с недоумением, удивлением, страхом, что Бог благоволил ущедрить персть, – персти, брению вверил Святого Духа Своего. О ужас! Нападает от зрения этих таинств молчание на ум зрящий; объемлет сердце несказанная радость»[33].

О чем и как нужно молиться?

Указания святителя Игнатия по этому вопросу со ссылками на древних отцов чрезвычайно полезны и необходимы в жизни каждого христианина.

О земных благах. Если верим, что Господь есть любовь и готов дать всё необходимое для жизни, то молитва должна быть молитвой веры: «Господи, Ты знаешь, о чём я страдаю, чего хочу, и я верю, что каждому человеку Ты даёшь всё самое полезное и необходимое в жизни для его спасения. Поэтому да будет Твоя благая воля». Так молился Сам Господь Иисус Христос в Гефсиманском саду перед Своими страшными страданиями, дав образ правильной молитвы всем, кто действительно верит Ему.

Потому преподобный Варсонофий Великий писал: «Нехорошо с усилием молиться о том, чтобы получить исцеление, не зная, что́ тебе полезно»[34]. А святой Исаак Сирин предупреждал настойчиво просящих о чём-либо земном: «Если кто попросит у царя несколько гноя, то не только сам себя обесчестит немаловажностью своей просьбы, как показавший тем великое невежество, но и царю своею просьбою нанесёт оскорбление. Так поступает и тот, кто в молитвах своих у Бога просит земных благ»[35].

И святитель Игнатий писал: «Не будь безрассуден в прошениях твоих, чтобы не прогневить Бога малоумием своим: просящий у Царя царей чего-нибудь ничтожного уничижает Его»[36].

«Ищущий в молитве своей тленных земных благ возбуждает против себя негодование Небесного Царя»[37].

Святитель объясняет известные слова Христа: А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны (Мф. 6: 7), – «многоглаголание, осужденное Господом в молитвах языческих, заключается в многочисленных прошениях о временных благах»[38].

«Молитву соедини с благоразумным постом»[39] и милосердием.

«Хочешь ли усвоиться Богу молитвой? Усвой сердцу милость… Принуждай сердце к милости и благости…доколе не ощутишь в себе человеколюбия, подобного тому, которое солнцем Своим сияет равно на злыя и благия и дождит на праведныя и неправедныя (Мф. 5. 45)»[40].

Во время богослужения. «Даже при Богослужении полезно повторять краткую молитву в душевной клети: она не только не препятствует вниманию читаемым и пое́мым в храме Божием молитвословиям, но и способствует особенно тщательному вниманию им, удерживая ум от рассеянности»[41].

«В церкви никаких особенных молитв не читайте, а внимайте Богослужению. Хорошо приучиться к молитве мытаря, которая одобрена Господом и которую мытарь, как видно из Евангелия, произносил, находясь в церкви»[42].

«В церкви иногда внимайте Богослужению, а иногда умом произносите молитву, не преставая внимать и Богослужению. Можно вместе и молиться умом и внимать церковному молитвословию. Первое споспешествует второму, а второе первому»[43].

«Во время церковных служб полезно упражняться молитвой Иисусовой»[44].

Молитва Иисусова

В силу большого значения в духовной жизни христианина молитвы Иисусовой Святитель уделяет учению о ней особое внимание. Его разъяснения по этому серьезному вопросу чрезвычайно важны для каждого верующего (а не только для монахов). Ибо правильная молитва приводит человека к Самому Богу, а неверная может сделать его игрушкой бесов. Здесь приводятся мысли Святителя из его замечательной статьи «О молитве Иисусовой. Беседа старца с учеником».

«В упражнении молитвой Иисусовой есть свое начало, своя постепенность, свой конец бесконечный. Необходимо начинать упражнение с начала, а не с середины и не с конца» [45].

«Начинают с середины те новоначальные, которые, прочитав наставление… данное отцами безмолвникам… необдуманно принимают это наставление в руководство своей деятельности. Начинают с середины те, которые без всякого предварительного приготовления усиливаются взойти умом в сердечный храм и оттуда воссылать молитву. С конца начинают те, которые ищут немедленно раскрыть в себе благодатную сладость молитвы и прочие благодатные действия ее.

Должно начинать с начала, то есть совершать молитву со вниманием и благоговением, с целью покаяния, заботясь единственно о том, чтобы эти три качества постоянно соприсутствовали молитве… Особенное попечение, попечение самое тщательное, должно быть принято о благоустроении нравственности сообразно учению Евангелия… Единственно на нравственности, приведенной в благоустройство евангельскими заповедями… может быть воздвигнут… невещественный храм богоугодной молитвы. Тщетен труд зиждущего на песке: на нравственности легкой, колеблющейся»[46].

«Упражнение молитвой Иисусовой имеет два главнейших подразделения или периода, оканчивающиеся чистой молитвой… В первом периоде предоставляется молящемуся молиться при одном собственном усилии; благодать Божия несомненно содействует молящемуся благонамеренно, но она не обнаруживает своего присутствия. В это время страсти, сокровенные в сердце, приходят в движение и возводят делателя молитвы к мученическому подвигу, в котором побеждения и победы непрестанно сменяют друг друга, в котором свободное произволение человека и немощь его выражаются с ясностью.

Во втором периоде благодать Божия являет ощутительно свое присутствие и действие, соединяя ум с сердцем, доставляя возможность молиться непари́тельно или, что то же, без развлечения, с сердечным плачем и теплотой; при этом греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом… Чтобы достичь второго состояния, необходимо пройти сквозь первое, необходимо выказать и доказать основательность своего произволения и принести плод в терпении (Лк. 8: 15)… Душой и целью молитвы в том и другом состоянии должно быть покаяние»[47].

«К преуспеянию в молитве покаяния должны стремиться все христиане… Напротив того, они (святые отцы. — А.О.) строго воспрещают преждевременное усилие взойти умом в святилище сердца для благодатной молитвы, когда эта молитва еще не дана Богом»[48].

«Между сочувствием сердца уму и соединением ума с сердцем или схождением ума в сердце – величайшее различие»[49].

«Для новоначального искание места сердечного, то есть искание открыть в себе безвременно и преждевременно явственное действие благодати, есть начинание самое ошибочное, извращающее порядок, систему науки (умного делания. — А.О.) Такое начинание – начинание гордостное, безумное!»[50].

«Каждый поступок против смирения есть наветник и губитель молитвы»[51].

«Господь дает чистую молитву тому, кто молится безленостно, много и постоянно своей оскверняемой развлечением молитвой»[52].

«Не произноси молитв спешно, одну немедленно за другой, делай после каждой молитвы краткий отдых и тем способствуй уму сосре­доточиваться. Безостановочное произнесение молитв рассеивает ум. Переводи дыхание с осторожностью; дыши тихо и медленно: этот ме­ханизм охраняет от рассеянности»[53].

Особенно предостерегает святитель в отношении тех, кто выступает против этой молитвы: «Некоторые утверждают, что от упражнения Иисусовой молитвой всегда, или почти всегда последует прелесть и очень запрещают заниматься этой молитвой. В усвоении себе такой мысли и в таком запрещении заключается страшное богохульство, заключается достойная сожаления прелесть»[54].


[1] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 111.

[2] Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. Слово 89. М., 1858. С. 603.

[3] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 8. М., 2007. С. 437.

[4] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 152.

[5] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 239.

[6] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 242.

[7] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 154.

[8] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 251.

[9] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 197.

[10] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 192.

[11] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 156.

[12] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 157. См.: Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. Слово 11. М., 1858. С. 75.

[13] Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. Слово 56.

[14] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 8. М., 2007. С. 202.

[15] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 152.

[16] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 157.

[17] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 210.

[18] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 108.

[19] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 4. М., 2014. С. 84.

[20] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 126.

[21] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 201.

[22] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 160.

[23] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 160.

[24] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 268.

[25] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 301.

[26] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 190.

[27] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 4. М., 2014. С. 83.

[28] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 297.

[29] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 111.

[30] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 551.

[31] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 191.

[32] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 2. М., 2014. С. 134.

[33] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 179.

[34] Преподобные Васонофий Великий и Иоанн Пророк. Руководство к духовной жизни в ответах на вопрошания учеников. М., 2011. С. 354.

[35] Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. М., 1858. С. 38.

[36] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 162.

[37] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 162.

[38] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 162.

[39] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 173.

[40] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 173.

[41] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 3. М., 2014. С. 29.

[42] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 5. М., 2003. С. 529.

[43] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 5. М., 2003. С. 529.

[44] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 4. М., 2014. С. 93.

[45] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 209.

[46] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 210-211.

[47] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 249-250.

[48] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 252.

[49] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 251.

[50] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 251.

[51] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 258.

[52] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 242. См.: Лествица. Слово 28. §21.

[53] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 4. М., 2014. С. 93.

[54] Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1. М., 2014. С. 202.


Прелесть

169 0
Поделиться:
Ïîäåëèòüñÿ ñòðàíèöåé
<a href="/books-and-publications/uchebnoe-posobie-po-apologetike/molitva-vneshnyaya-i-vnutrennyaya/?text=#">Молитва внешняя и внутренняя</a>

 

Введите ФИО или войдите через:

 
Ваш комментарий*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено