A
A
A

Религия, философия, наука накануне III-го тысячелетия

«Ум должен соблюдать меру познания, чтобы не погибнуть».

Преп. Каллист Катафигиот


Религия, философия, наука являются тремя основными движущими силами человеческой цивилизации, которая во все времена, как и сейчас, устремлена к одной цели - поиску совершенного блага человека, по-разному, конечно, понимая его. К каким результатам на настоящий момент привел этот поиск достаточно очевидно: мир стоит на грани глобального кризиса, грозящего свести на нет не только все достижения научно-технического прогресса, но и уничтожить саму жизнь на земле. И виноват в этом - сам человек, его бурная деятельность, направляемая... наукой, философией и искажениями религиозной жизни! Более трагическую ситуацию трудно себе представить: то высшее, что есть в человечестве и по самой своей природе предназначенное быть светом на пути жизни, ведет его к всеобщему и страшному концу. Где же искать ориентиры? Невольно вспоминаются слова Евангелия: Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма (Мф. 6: 23).

В чем ошибки этих трех могущественных сил человечества? Поиск ответа на этот вопрос вопросов, по моему мнению, должен бы стать центральным пунктом в работе нашей конференции.

Главной причиной этих печальных следствий человеческой деятельности является, без сомнения, тот факт, что человек в своём естественном стремлении к целостному развитию и всестороннему познанию пошел не по тому пути. Вполне, кажется, осознавая, своё превосходство над окружающим животным миром, и понимая, что в нем, кроме инстинктов, есть то исключительное, что является его духовной составляющей: разум, свобода воли, личность, - человек, тем не менее, обратил, фактически, всё своё внимание на развитие и обеспечение низшей стороны своей природы. Главная задача научно-технического прогресса была и остаётся в создании максимального комфорта телу, которое по умолчанию всегда рассматривается как первичное и единственное условие достижения человеком смысла всей своей жизни и деятельности, включая и духовную сторону. Именно тело, несмотря на иногда решительные протесты религии и философии, указывающих на краткий период его существования и неминуемую смерть, остаётся кумиром всего научно-технического, эстетического, философского, культурного развития человечества. Однако дерево узнаётся по плодам, вкус которых становится всё более горьким и смертоносным для человека.

Но была ли альтернатива? В том и дело, что она всегда заявляла о себе устами мудрецов всех народов, святых пророков, наконец, Самого Христа. Он ясно указал на приоритеты человеческой деятельности: Душа не больше ли пищи, и тело одежды? (Мф. 6: 25). И поскольку всё на земле отнимается неумолимой смертью, то делая необходимое в этой жизни, основные усилия необходимо направлять на приобретение вечных ценностей (Мф. 6: 33) - тех духовных свойств бессмертной личности человека, которые являются самой сущностью и смыслом его жизни. Эти свойства, ценности известны, они нередко в какой-то степени ощущаются многими. Но одно дело кратковременное их переживание, которое неминуемо кончается со смертью тела, и совсем другое - бесконечность пребывания в том состоянии, о котором писал апостол Павел: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его! (Кор. 2: 9). Эти ценности: духовно-нравственное достоинство человека, его бескорыстная любовь к каждому человеку, честность, сострадание, милосердие, великодушие, верность и прочие свойства того же порядка. Ясно же, что только они делают человека человеком, лишь их наличие ограждает человека от любых злоупотреблений и несправедливостей, от алчности и агрессии, от жестокого и бездумного отношения к животному миру, ко всей природе и, в конечном счёте, от самоуничтожения, уже реально угрожающего современному человеку.

Вот тот фундамент другого пути научного, философского и религиозного развития человечества, который мог бы, прежде всего, возвести самого человека на высший уровень развития и принести действительное благо миру. Этот путь не исключает ни научно-технического прогресса, ни развития философской мысли, ни, тем более, религиозной жизни.

Один из просчетов, совершённых особенно в последние два-три столетия состоит в отсутствии взаимопонимания и взаимосогласованности в осмыслении основополагающих принципов деятельности человека между этими важнейшими сферами его духовной и интеллектуальной жизни. Это, по меньшей мере, не способствовало надлежащей организации жизни на всех ее уровнях. Поэтому проблема взаимосвязи религиозного, философского и научного ви́дения мира является в настоящий момент не просто важной, но по ряду причин должна быть отнесена и к наиболее актуальной.

Главные из них.

1. Мировоззренческая. В истории Нового времени, особенно с т. н. эпохи Просвещения и до последних дней, наука и философия рассматривались не только как необходимейшие, но, нередко, и как единственно достоверные средства познания, способные открыть человеку подлинный смысл его жизни и наполнить ее реальным содержанием - вопреки религии, которая уводит человека в иллюзорный мир беспочвенных мечтаний. Но такое утверждение, что религия, с одной стороны, а наука и философия - с другой, являются антагонистами, носит по своим психологическим, нравственным и практическим последствиям для человечества далеко не безобидный характер, ибо пока имеет место подобное убеждение, не может быть ни устойчивого общества, ни целостного мировоззрения, ни истинно гуманных достижений.

Духовная. В результате мощного научно-технического прогресса интенсивный рост в настоящее время промышленного и других видов производства и потребления и достижение высокого уровня жизни в развитых странах при, одновременно, резком снижении в них уровня христианской религиозности, приводит, как говорит статистика, все больший процент людей не к состоянию райского блаженства на земле, а к утрате смысла жизни, разочарованию в ней, нравственным извращениям, тяжелым нервно-психическим расстройствам, самоубийствам. В чем причины столь парадоксального явления? К какому же идеалу жизни ведет человека научно-технический прогресс, "освободившись" от религии и ее морали?

Экологическая. Комфорт жизни, кое-где и кое для кого отчасти достигнутый, но для большинства человечества по-прежнему лишь обещаемый научно-технической революцией, настолько заворожил все человечество, что оно все больше забывает не только о духовных, нравственных и религиозных ценностях, но и о самой своей жизни, не говоря уже о жизни своих потомков. Наслаждение, выгода, власть - компоненты и спутники комфорта - буквально свели с ума современного человека, заставляя его губить в прямом смысле слова окружающую природную среду, ввергая мир в тяжелейший экологический кризис. Не обязывает ли это к срочному пересмотру ценностей и приоритетов в нашей жизни?

Это лишь некоторые из проблем, в которых наука, философия и религия приходят в прямое соприкосновение, свидетельствуя о необходимости гармонично-целостного восприятия их человеком. Но на каких началах это возможно и что должно быть положено в основу нового взгляда? Несомненно, что ответ по существу на эти вопросы может быть дан только при условии надлежащего осмысления конечной и высшей цели человеческой жизни. И хотя, на первый взгляд, эта проблема особой трудности не представляет, поскольку очевидно, что таковой целью является благо всех и каждого, дело осложняется тем, что само понимание блага и средств его достижения в науке, философии и религии далеко не однозначно.

Как они смотрят на эту проблему ?

НАУКА (подразумевается естествознание), в конечном счете, видит благо в максимальном познании мира во всех его измерениях, с целью достижения полной над ним власти, что сделало бы человека (какого? – об этом речь не идет), фактически, богом в этом мире.

Эта цель очень соблазнительна, однако она вызывает ряд серьёзных вопросов. Вот некоторые из них:

1. Имеет ли под собой какие-либо доказательные основания эта перспектива грядущего человекобожия, не является ли она плодом элементарной фантазии нашего человеческого самомнения?

2. Есть ли достаточно убедительные аргументы того, что будущее “счастливое” человечество, во-первых, не будет жестоко урезанным, при этом самыми коварными средствами (как это, например, было сделано с Россией в 1917 и последующих годах) до т. н.“золотого миллиарда”; во-вторых, не окажется ли и этот остаток рабом небольшой кучки "сверхлюдей", "богов", захвативших обманом и насилием власть в свои руки? Оснований к подобным предположениям сейчас, когда финансы, СМИ и многое другое сосредотачиваются во всё более узком круге деятелей, уже более, чем достаточно. Но в таком случае, подвиг ученых, совершаемый ради человека, не окажется ли средством его порабощения?

Ответ науки на эти вопросы, как это парадоксально ни звучало бы, может быть только одним: "Я ничего не гарантирую, я только исследую, но ВЕРЬТЕ, что все будет о кей".

Именно научного ответа на эти вопросы, а не призыва к вере, наука дать не в состоянии. Вот некоторые из причин этого.

1. Здание науки зиждется на постулатах (признании реальности мира, его закономерности, познаваемости и др.), без которых она не может ни существовать, ни развиваться, но которые не могут быть доказаны.

2. Научные доказательства, в конечном счете, условны, не абсолютны. Даже математические доказательства являются лишь несомненными выводами из положений, которые принимаются(!) за истинные. В большинстве же случаев научные доказательства суть вероятные выводы из вероятных положений. При этом вероятность тем меньше, чем сложнее предмет обсуждения. После теорем Гёделя это стало математической очевидностью.

3. В науке нет критериев, которые бы давали полную гарантию истинности той или иной теории. (Ф.Франк остроумно замечает: "Наука похожа на детективный рассказ. Все факты подтверждают определенную гипотезу, но правильной оказывается, в конце концов, совершенно другая гипотеза").

4. Не зная самых фундаментальных законов бытия в целом, нет никакой возможности убедиться в истинности (следовательно, и полезности) локальных научных закономерностей. А это низводит науку на уровень не более, как инструмента, успешно решающего проблемы под ногами, но не способного оценить ситуацию в масштабах целого.

Что вытекает отсюда?

Во-первых, что естественнонаучные знания даже во всей своей совокупности сами по себе не являются мировоззрением и не могут быть таковым, поскольку наука изучает только естественные явления и закономерности мира, а не бытие в целом. Наука специфически мировоззренческими вопросами не занимается, поэтому всегда были ученые с разными мировоззрениями (агностики, верующие, атеисты). Это область религии и философии. Отсюда понятно, что и сам термин "научное мировоззрение" очень условен.

Во-вторых, и это главное. В решении вопроса о смысле и цели жизни или о благе человека основной проблемой, безусловно, является проблема бытия Бога. И здесь мы можем убедиться, каковы реальные возможности научного ее решения.

Бесконечность познаваемого мира однозначно говорит, по меньшей мере, о том, что наука в принципе никогда не будет в состоянии заявить о небытии Бога, даже если бы Его не было. У нее только одна перспектива: когда-то встретить Бога на пути своего развития. И, как известно, для многих учёных признание Его бытия стало их несомненным убеждением.

Таким образом, наука, основой которой является доказательность и достоверность, свидетельствует, что, она не только в решении главнейшего вопроса жизни, но даже в своей "родной" области не имеет и не может иметь ни безусловной доказательности, ни абсолютной достоверности. Не случайно Фейнман говорил студентам: "А если вы думали, что наука достоверна, - вы ошибались"[1].

А это означает, что надежды на будущее благо, которое обещал (обещает?) научно-технический прогресс человечеству, оказываются не более как розовой мечтой.

ФИЛОСОФИЯ всегда видела благо в познании Истины. Однако ища ее на пути дискурсивного мышления, и не имея никакой возможности доказать способность человеческого ratio к адекватному постижению действительности (если таковая есть), философия вынуждена была свои исходные положения постулировать, при этом нередко заимствуя их у религии. В решении же основного вопроса жизни - ее смысла и блага - она или сливалась с теологией (не с религией!), становясь ее служанкой, или обособлялась, порождая новые системы, истинность выводов которых в принципе не могла быть доказана. Поэтому все философские школы и направления никогда не могли подняться выше требования веры своим утверждениям, т.е своей истине, своему пониманию блага. При этом дистанция, отделяющая понимание блага одной системы от другой, часто оказывалась бесконечно великой: от обожения до наркотиков, от духовного до плотского, от вечного до сиюминутного и т. д.

Не потому ли в виду неразрешимости вопроса о достоверности человеческого познания (см., напр., Т. И. Хилл. Современные теории познания. М.1965) современная философия оказалась вынужденной "забыть" не только идею Истины, но и самое главное, что более всего волнует человека как разумное существо - вопрос о сущности и смысле его бытия, его блага?

РЕЛИГИЯ (в данном случае речь идет о Православии), во-первых, не есть ни наука, ни философия в обычном их понимании, поскольку объектом ее постижения является совершенно иной мир - мир духовный, и рациональные методы познания в ней никогда не были основными.

Любая религия в своем понимании блага обращается или к интуиции человеческой души, или, как, например, православие, непосредственно к Откровению (Отдельный вопрос о его достоверности). Здесь в истинности познаваемого человек удостоверяется непосредственным фактом внутреннего переживания (феори́и). При этом в православии индивидуальный опыт проверяется учением Евангелия и коллективным (соборным) опытом святых – Священным Преданием Церкви.

В православии благом именуется Сам Бог, который есть любовь, и приобщением к которой человеческой личности достигается цель его бессмертного бытия. Принципиально важно отметить, что как бытие Бога, так и бессмертие души человека являются не постулатами чистого разума, тем более не выводами теоретизирующего рассудка, но фактами общечеловеческого религиозного опыта.

И поскольку Бог есть Сущий (т. е. само Бытие, и источник всякого бытия), следовательно, смысл человеческой жизни заключается в целостном (умом, сердцем и телом) познании Его, приобщении к Нему - источнику бытия и блага. В православном богословии это приобщение именуется обо́жением.

Предлагаемый православием идеал блага отвечает основным целям и философии, и науки, поскольку очевидно, что достоверное познание Истины (цель философии) и тварного мира (цель науки) возможно лишь через знание Сущего.

Почему можно принять православный взгляд?

1. Во-первых, он не имеет "противопоказаний". Православие в своем учении не предлагает ничего, что могло бы отрицательно влиять на нравственное состояние личности и общества, на развитие мысли, науки, культуры в целом, о чем достаточно убедительно свидетельствует история.

2. Во-вторых, оно предлагает человеку идеал такой духовной жизни, которого не просто не знала ни одна религия и философия, но который соответствует самым глубоким и духовно и нравственно чистым стремлениям человеческой души, и показывает, особенно на примерах святых, как преображается личность, ставшая на путь правильной (православной) жизни.

3. Православие удовлетворяет важнейшей потребности человека - дает конкретный и исчерпывающий ответ на вопрос о смысле и цели его жизни: вечное, а не сиюминутное бытие личности. При этом достижение указанной цели не игнорирует никаких реальных потребностей человека и действительных ценностей земной жизни. Как писал Б. Паскаль в своих "Мыслях", человек, живя по-христиански, ничего не теряет на земле. Однако если есть Бог, то приобретает бесконечно великое в вечности. Напротив, живя вопреки Евангелию, человек ничего не выигрывает здесь; но, если Бог есть, всего лишается там.

4. Как и всякая научная теория, православие предлагает факты, подтверждающие истинность его утверждений, и реальный путь их проверки. Этим оно принципиально и по существу отличается от всех атеистических мировоззрений и систем мысли, требующих от человека веры и только веры, поскольку ответа на вопрос: "Что должен сделать человек, чтобы убедиться в небытии Бога", не дают и дать не могут.

5. История свидетельствует о неземном характере православия не поддающимся никакому естественному объяснению фактом сохранения и распространения христианства в условиях трехвекового жестокого преследования и физического уничтожения христиан, начиная с казни Самого Иисуса Христа.

6. История Церкви указывает на огромное количество фактов религиозного опыта (преимущественно жизнь и учение святых), который и по сей день ни от кого не закрыт и который доступен каждому для осуществления в своей жизни. Правильный духовный подвиг, проводимый на основе строгих законов аскетики, открывает христианину во всей убедительности не просто бытие Бога как Высшего Существа и Разума, но Бога как Любви, готовой дать человеку всю полноту своего Блага.

7. Неисчислимое количество христианских чудес (достаточно привести имена только таких православных святых, как свят. Николая Мирликийского, Ксении Петербургской, Амвросия Оптинского, Иоанна Кронштадтского) свидетельствует о Божественном источнике происхождения христианства, о Божестве Иисуса Христа.

8. О том же говорит целый ряд поразительных христианских пророчеств, в исполнении которых может удостовериться каждый, независимо от своих убеждений.

9. Христианство, как ни одна религия в мире, дало такое количество мучеников за веру (десятки и десятки миллионов), которое полностью исключает возможность объяснения этого беспрецедентного в истории факта какими-либо обычными причинами (фанатизмом, идейной убежденностью, психическими болезнями, простой увлеченностью и т.д.).

10. Все основные христианские истины (Триипостасность Бога, Боговоплощение, Крестная Жертва Христова, Воскресение и др.) логически невыводимы из каких-либо научных теорий и религиозно-философских аксиом мысли того времени. Апостол Павел поэтому писал: "Мы проповедуем Христа распятого: иудеям соблазн, эллинам безумие" (1Кор.1;23).

Как видим, христианское понимание блага не просто принципиально отличается от научных и философских о нем представлений, но имеет под собой и самые серьезные основания.

И последнее.

Сотрудничество православия, науки и философии могло бы:

ясно обозначить высший смысл научных и философских исследований, выходящий за границы исключительно прагматических или интеллектуально-эстетических целей - осуществление реальной любви к человеку;

помочь осознанию необходимости и приоритетности духовно-нравственных критериев в определении истинности (полезности) всей познавательной, исследовательской, творческой деятельности человека;

оградить ученого от страсти "познания ради познания", которая все с большей очевидностью ставит современное человечество перед реальностью появления «франкенштейнов» на многоразличных путях развития научно-технической деятельности и социально-философской мысли;

способствовать нахождению более полноценных и нравственно оправданных направлений развития системы научного, философского и гуманитарного образования и разрешению одной из серьезных проблем - соотносительной значимости религии, философии и науки для человека;

придать бо́льшую жизненность и логически более строгий характер богословским и философским исследованиям;

сыграть огромную роль в создании здорового климата сотрудничества (а не изоляции, тем более - противостояния) в наиболее важной сфере человеческой деятельности - духовно-интеллектуальной.

Отдельно заметим о соотношении православия и науки. Это две совершенно различные области человеческой жизнедеятельности. У них разные “объекты” познания, иные методы, задачи, принципы. Уже по этой причине они не могут быть противопоставлены друг другу. Но их сотрудничество необходимо для обеспечения нормальной жизни человека, которая предполагает не только хлеб для тела, чем занимается наука, но и хлеб для души, на котором сосредоточено все внимание религии. Человек двухсоставен, духовно-телесен, и его существование невозможно без удовлетворения как душевно-телесных потребностей (интеллектуальных, эстетических, эмоциональных, биологических), так и духовных (стремление к истине, правде, святости, совершенству) в их надлежащей гармонии. Эта гармония определяется в человеке приоритетом разума и совести, но более всего приоритетом бескорыстной любви.

Изоляция же науки как высокоспециализированного социального института от Православия неизбежно ведет к разрушению целостности познающего человеческого духа и многомерного видения мира. Ибо Православие не просто обращает взор человека к идее Бога, Христа и вечности, но и предлагает тщательно проверенный бесконечным числом самых достоверных фактов личный опыт постижения Бога. Православие в своем отношении ко всей необходимой практической деятельности человека (в том числе к науке и философии) исходит из слов Христа: «это надлежало делать, и того не оставлять» (Мф. 23: 23).


[1] Фейнман Р. Характер физических законов / Пер. с англ. М., 1968. С. 77–78.


1055 0
Поделиться:
Ïîäåëèòüñÿ ñòðàíèöåé
<a href="/books-and-publications/doklady/religiya-filosofiya-nauka-nakanune-iii-go-tysyacheletiya/?text=#">Религия, философия, наука накануне III-го тысячелетия</a>